Вчерашний вечер не просто потряс меня, он перевернул всё моё сознание, перевернул восприятие мира с ног на голову. Будто всё, что я прежде знал, рассыпалось на мелкие кусочки, словно брызги от брошенного в воду камня. И нет теперь меня: всё, из чего я состоял до вчерашнего вечера, исчезло, как туман под лучами восходящего солнца.

Вот меня прежнего нет, но нет и меня нового. Непонятная и какая-то тяжёлая пустота внутри и снаружи. Все звуки и краски глухие, блёклые, лишённые жизни, как брусника после первых морозов, когда не укрыта снегом.

Саюл сказал мне бросить своё легкомыслие. Да, конечно, я дал слово и сдержу его. Только вот у меня больше ничего нет. И он сам ничего взамен не предложит. Где мне теперь брать нового себя? И вдруг промелькнула в голове дурацкая мысль: а вдруг новый я не понравлюсь себе? Вот что тогда делать?

Вид мой, вероятно, был очень печален, поскольку лисичка лизнула меня в нос. Я лежу на траве и смотрю в небо. А тут вдруг его закрывает рыжая мордочка. После Зулу садится рядом и внимательно на меня смотрит. Наверное, ей не понравился результат, она поднялась и снова лизнула меня в нос.

Сочувствие лисички как-то особенно меня тронуло. Жалость к себе отступила, робко улыбнулся ей в ответ. Нехотя поднялся и пошёл к дому: внезапно проснулся аппетит. Мама наверняка найдёт для меня что поесть. Утром я, конечно, завтракал, но голод уже заставил бурчать живот.

Мама кормила меня молча. Она всё время смотрела мимо меня и тяжело вздыхала. Я нервничал, не понимая, что с ней. Пытался увлечь разговорами, но она отвечала скупо и тут же замолкала. А потом и вовсе уставилась в одну точку, не обращая на меня никакого внимания. Не выдержал, подошёл к ней, толкнул в плечо. Мама подняла на меня пустые серые глаза, сделала робкую попытку улыбнуться и снова уставилась в одну точку.

— Мама, ну что с тобой? — Я решил быть настойчивым и таки выяснить, что с ней происходит. —Очнись уже!

Она долго не отвечала, и мне пришлось приложить немало усилий, прежде чем она наконец пришла в себя. И слова её окончательно порвали всё моё миропонимание. От настигшего меня недоумения я застыл с разинутым ртом.

— Вот так, Ильхур, ты выглядишь со вчерашнего вечера. Понравилось?

— Ма…

— Что, интересно тебе было? Увлекательно? Ещё хочешь?

— Нет! — Я истово мотаю головой. — Не хочу!

— Ильхур, и я не хочу! Откровенно говоря, я уже очень устала от этих вот твоих состояний. Живя среди людей, помни всегда, что ты не один. Я волнуюсь за тебя, как ты сейчас волновался за меня. Поэтому давай-ка меняй своё поведение и рассказывай всё, что с тобой стряслось на этот раз!

— Да, мама, — невнятно, в растерянности отвечаю ей, — сейчас расскажу.

Мама внимательно меня слушает. Я стараюсь рассказать всё подробно, не упуская мелочей: порой они очень важны. Рассказываю взволнованно, иногда сбиваюсь и теряю нить. И тут же, вспомнив что-то, начинаю говорить взахлёб, едва успевая за мыслями. Но мама терпеливо слушает, и я вижу, что она понимает всё сказанное мной.

— Саюл прав, — задумчиво говорит она. — Не во всём, правда, но об этом позже. Она внимательно смотрит на меня, что-то обдумывает. — Ты необыкновенный мальчик, — заметив, как я вздрогнул, добавляет. — Да, ты уже стал мужчиной, но для меня ты всё равно мой мальчик, не обижайся. Ильхур, ты рождён для высокой цели — я это точно знаю, что бы кто ни говорил.

Ты послан нам богами, и они ждут тебя. Победив Гурхума-Су, ты сможешь вернуться к ним. Людям нет дороги к горам. Налетит вьюга, заморозит до смерти. Из-под ног выпадет камень — человек сорвётся в пропасть. Заблудится в горах и умрёт от голода и жажды. Много всякого может произойти, одно ясно — без позволения богов никто из людей не сможет прийти в их обитель.

Тебе дана особая сила. Ты с рождения общаешься с духами и богами. Вокруг твоей колыбели витали светлые духи большой силы и охраняли тебя от зла. Я видела особый свет, изливающийся на тебя. Я знаю, что это благословение богов.

А теперь слушай внимательно, Ильхур…

— Подожди, мама, ты никогда не говорила мне прежде об этих вещах! Почему ты молчала?

— Всему своё время, мой мальчик. Знать о себе такие вещи, пока не окреп разумом и сердцем, значит поддаться важности. Сам по себе ты ещё никто, не сделал ничего стоящего, но уже отмечен богами. Понимаешь, Ильхур?

— Я понимаю, мама. Тут и в самом деле можно возгордиться на пустом месте. Спасибо тебе!

— Слушай дальше. При всём свете, тебя окружающем, есть и тёмное. Оно очень сильное и всегда с тобой рядом. Будто некая злая сила сопровождает тебя, куда бы ты ни шёл и о чём бы ни думал. Она только и ждёт твоих ошибок и слабостей. Эта злая сила сильна и очень опасна. Это и беспокоит Саюла. Он тоже её видит.

— И что же это, мама? — Услышанное напугало меня. Я и сам порой чувствовал, как нечто большое и ужасное пытается войти в мою жизнь. Иногда из-за этого снились кошмары. До меня вдруг стало доходить, что эту силу я чувствовал давно и всеми способами старался её не замечать. Такой вот самообман, будто и нет её вовсе. И ведь хорошо получалось!

А ещё — это вдруг стало очевидным, пронзительным откровением — мой самообман стал причиной моей легкомысленности. Такой вот способ уйти от реальности — просто не замечать ничего вокруг. Если я этого не вижу, значит, его и нет. И ведь помогало! Поэтому я с большим напряжением жду ответа мамы, ведь нужно наконец понять, от чего я так старательно бежал всю свою жизнь.

— Я толком и сама не знаю, — с оттенком грусти в голосе отвечает мама, — но думаю, она неслучайна. Всё происходит по воле богов. Они послали эту силу.

— Зачем, мама? — Моему удивлению нет предела. — Они же добрые, зачем им зло?! И зачем им делать мне плохо?

— Да никто не собирается тебе делать плохо! — Мама залилась звонким смехом. — Они, наоборот, помогают тебе. — Мой взгляд, видимо, ещё больше рассмешил маму, она снова хохочет над моим недоумением. — Скажи, — вдруг спрашивает она, — сколько Юрхан учился стрелять из лука?

— Да как только сумел его поднять. Потом учился тянуть тетиву, сначала ему силы не хватало. А затем уже накладывать и отпускать стрелу.

— Вот так и для тебя, сынок, боги приготовили обучение. Чтобы справиться с большим злом, нужно сделать много маленьких шагов. Это нужно для того, чтобы набрать силу, обрести сначала необходимые навыки, а потом опыт. Но самое главное испытание — победить зло внутри себя. Только так ты сможешь справится с Гурхумом-Су. Зло можно победить только добром. И вот ещё что. — Мама делает многозначительную паузу. — Зло любой силе всегда может противопоставить подобную силу. Но у добра есть то, что злу неподвластно. Есть одна сила, делающая добро непобедимым — это, Ильхур, любовь.

Сражаясь со злом, защищай тех, кого любишь. Вот чего нет и не было у Гурхума-Су — но точно есть у тебя. Поэтому я уверена: ты победишь!