Готовлюсь камлать во второй раз. Первое путешествие прошло неудачно. Я неверно рассудил, хотя мне казалось, что всё правильно. Если Сурум где-то мог потерять ножны, то, конечно, в одном из верхних миров. И я отправился путешествовать по древу Руу, чтобы исследовать средний и верхний мир.

Сквозь все миры протекает река Сха. Она питает древо Руу, течёт сквозь его ствол и ветви. Река — и это, наверное, непонятно — течёт в обе стороны. От корней к небу и от неба к корням. Шаманы это хорошо знают: когда нужно отправиться в верхний мир, они используют верхнее течение, а когда нужно спуститься в нижний мир, используют нижнее.

Нижнее течение Схи прямо от корней обращается в реку Курумху, и та уже ведёт во владения Саккат–Хума, где упирается в Курумкхаё, врата тьмы, за которыми, как выяснилось, обитают титхари, злобные духи.

Мне подумалось, что Сурум не стал бы путешествовать по нижнему миру. Скорее всего, он так же не любит его, как и я, следовательно, надо искать ножны в других мирах. А ещё я подумал, что ножны в реке я не найду, понятное дело, надо искать их на твёрдой поверхности.

 И я отправился в путешествие по стволу древа Руу. Тело куницы позволяло мне двигаться быстро и проворно. Мне казалось, что за одно путешествие я смогу обследовать достаточно большой участок древа. Но уже в самом начале моих поисков, стоило мне только высунуть любопытную мордочку из гущи ветвей, как большая и сильная птица сбросила меня с древа.

Очнулся я уже в человеческом теле. Оно ныло, по нему пробегали приступы боли, его скручивали судороги. Я слышал, что с шаманами такое бывает, когда резко прервали цху. Час спустя кое-как удалось привести себя в порядок.

Поднялся, прошёлся по стурху. Внимательно смотрю: вижу, что-то изменилось, но не могу взять в толк, что именно. От костра остались едва тлеющие угли, и о чём-то тревожно ворчит Куху.

Надо собрать дров для нового костра. Не хочется этого делать, очень не хочется, до крика. Ворон пристально смотрит на меня, сердится. Мои движения вялые, медленные, он привык, что я двигаюсь легко и быстро.

Пламя костра вновь поднялось к небу. Стебли травы весь брошены в огонь, поднимается дым. Скоро пространство начнёт терять привычные очертания, я поднимусь и возьму в руки бубен. Только вот непонятно, куда я отправлюсь путешествовать.

Я был уже почти в отчаянии: в таком состоянии не войти в цху. Вдруг меня осенило — совершенно ясная мысль, отчётливая, внятная. Нужно искать по реке. Если Сурум спасал людей от грязных вод, идущих из-под земли, то где же ещё искать ножны? Видимо, там он их и обронил, когда останавливал ритуалом отравленные потоки. Вероятно, был какой-то единый источник, откуда бежали грязные воды.

И тут холод пробежал по моей спине. Этот источник мог быть только один, и он у самого Курумкхаё, ворот тьмы. Вот уж куда мне точно не хочется идти! Но придётся, это тоже было очевидно. Взял бубен, начал камлать — а что ещё мне оставалось?

Лапки стремительно уносят меня от корней древа Руу. Бегу вдоль Курумхи по берегу. Быть куницей хорошо: можно быстро спрятаться или убежать. Нижний мир не лучшее место для прогулок, не люблю я его. Здесь темно, тоскливо и тревожно. И звуки здесь порой очень страшные. У самой реки ещё ничего, вода течёт бесшумно, а вот чуть дальше… То какие-то стоны, то бормотание, то вой или рычание.

Шамана здесь поджидает множество опасностей. Духи тут злые, могут напасть. Сильный шаман их одолеет, конечно. Но духи могут заморочить, запутать, наслать сон или другой морок. Им нужна сила шамана, для них она лакомство. Поэтому шаманы берут с собой духов-помощников, чтобы они защищали или предупреждали об опасности.

Я послал вперёд Виху, он хороший помощник. Умеет замечать только то, что нужно и всегда вовремя предупредит. Он ещё не очень силён, думаю после научить его защищать меня. Виху почти незаметен, иначе духи нижнего мира напали бы на него.

Бегу я уже долго. Тут время течёт иначе, чем в мире людей, но всё же оно ощущается. Усталости нет, просто очень уж хочется поскорее вернуться. Курумха становится шире. Она бежит теперь не через лес, как прежде, а через какие-то камни и скалы. Мест, где я бы мог укрыться, становится всё меньше. Страшно.

Уже достаточно долго слышу, будто кто-то меня преследует. Или бежит почти бесшумно, или летит. Иногда звуки становятся сильнее, словно мой невидимый преследователь приближается. Иногда звуки удаляются, и тогда хочется думать, что неизвестный отстал от меня, хотя я понимаю, что это не так.

Не знаю, как это получилось — я бежал уже с такой скоростью, что лапки путались между собой — но вдруг я оказался перед огромной скалой. Она вертикальной стеной выросла прямо пред моим носом, чуть было не врезался с разбегу. Едва успел остановиться, а вот мой преследователь не успел. Где-то над собой я услышал странный звук, и передо мной что-то упало. Виху покрутился, но ничего не стал мне говорить. Я тоже не стал разглядывать, не до того мне. Важнее понять, что за стена встала передо мной.

Внимательно смотрю на неё, и лапки сводит от страха. Не сказать что на этой стене есть какие-то изображения, только камни, но они… Словно духи замерли, застыли и превратились в камень. Злые духи, отвратительные и мерзкие. И тут я понял, где оказался: это врата тьмы. Ох, жуткое место!

Слышу, Виху зовёт меня. Бегу вдоль стены на его зов. Только вот бежать очень трудно, лапки словно вязнут в камнях, будто с каждым к ним прикосновением из меня в них уходит сила. И будто хохочет кто-то, но невнятно и не снаружи, а внутри меня. Понимаю: ещё немного — и я лишусь сил и останусь тут навсегда. Меня это рассердило. Вот ещё, не видать вам Ильхура лежащего в этом гадком месте! Собираю последние силы и бегу дальше.

Вижу Виху. Он кружится над каким-то предметом. Я подбегаю: передо мной ножны. Я сразу понимаю, что это именно они. Только вот как их поднять?

Ножны застряли, как мне кажется, в щели между двумя большими камнями. Тяну их к себе зубами и с ужасом понимаю: Сурум ножнами заткнул источник грязных вод! Именно отсюда они текли. Что делать?

Если я их вытащу, то воды опять потекут в Курумху и из неё — в мир людей. Опять все будут болеть и умирать. Но без ножен я не справлюсь, они нужны мне. Вдруг слышу хлопанье крыльев над головой. Птица Гудум — с облегчением узнаю я её. Она резко пролетает над ножнами, когтями вытаскивает их, делает круг и бросает их передо мной. Я беру их в зубы и собираюсь бежать. Но чувствую, как жёсткие когти подхватывают моё тело поднимают в воздух. И тут заканчиваются мои последние силы, я теряю сознание.